Наталия Козлова – «Русский ураган» модного мира

Женщина, открывшая для миллионов россиян мир моды, и представившая заграничных кутюрье, и известная как «посол русской моды» за рубежом, кто же она? Знакомьтесь с героиней нашего сегодняшнего интервью – Наталией Козловой!


Наталия Козлова – историк моды, журналист, телеведущая, писательница и президент культурно-просветительского фонда «Магия Моды». На протяжении долгого времени она знакомила россиян с зарубежными модельерами, а их, в свою очередь – с богатством и многообразием русской культуры. Мы же решили поближе познакомиться с самой Наталией и узнать, как ей удалось подружиться с известнейшими мастерами модной индустрии и чем так притягательна Россия для иностранцев и для неё самой.

DFR: Здравствуйте, Наталия! На протяжении многих лет вы рассказываете российским модницам о западных трендах, а иностранцам – о России. Лично для меня вы открыли огромный мир взаимосвязей легендарных модных домов и русских, не могу не восхищаться вашей просветительской деятельностью. С чего началось ваше увлечение модой?

Наталия Козлова: Забавно, но я не стремилась стать модельером. В детстве долго жила с родителями в Германии, у них была возможность хорошо меня одевать, вот и привился вкус к красивым вещам. Любила рисовать, обожала балет, подростком стала членом Клуба юных искусствоведов при «Пушкинке».

Мама была «модницей» и меня водила на показы новых коллекций одежды в ОДМО и ГУМ. Я была с ней на показе моды Кристиан Диор в 1959 году в Зимнем Дворце Динамо. Красота туалетов произвела на меня неизгладимое впечатление. Школу, 11-летку, в Москве я окончила с уклоном в рекламную графику, поэтому поступала в Строгановку. Не прошла, вышла замуж. И вот, в юбилейный 1967 год мы с мужем оказались в новом, только что открытом Дворце спорта в Лужниках. Там проходил первый международный показ мод в СССР. Участвовали первой величины дома моды! И Шанель тоже.

Chanel (K. Lagerfeld), 2007 / Paco Rabanne

И советский ОДМО! Запомнились коллекция «Кижи» Славы Зайцева, и в финале красное платье «Россия» Татьяны Осмеркиной. Я была под впечатлением, поскольку поскольку поступила в «Текстильный» (МТИ им. А.Н. Косыгина) на «Факультет прикладных искусств», мне он казался более «женским», ближе по духу. В то время у нас были чудесные преподаватели, которые очень много внимания уделяли нашему художественному воспитанию. Мы вместе ходили в закрытые фонды всех лучших музеев. Да и в МТИ под рукой был целый музей, в который мы запросто бегали на переменках. Вероятно, там у меня зародилась любовь к народному искусству. Не случайно я выбрала дипломной работой тему «Искусство народных прялок в современной одежде». Это были ансамбли и комплекты из черного и каштанового трикотажа с геометрическими орнаментами резных прялок. За коллекцию я получила серебряную медаль на ВДНХ. Мою мини коллекцию показали в свободном показе в ОДМО. Диплом у меня был «красным».

ОДМО / Pierre Cardin

DFR: Вас называют «послом русской моды». Что подтолкнуло вас продвигать русскую моду за рубежом?

Наталия Козлова: Так случилось, что после окончания мной института, мужа послали в длительную командировку от МВТ (Министерства внешней торговли). Сначала в Тунис, а потом перевели во Францию. И мои «университеты» прошли в сердце мировой моды. Я впитывала все как губка, изучала методы их творчества, покупала книги и журналы, поглощала моду по ТВ. Затем еще раз, повторно, мой муж работал в Париже, и сотрудники Торгпредства щедро делились со мной пригласительными билетами на «дефиле». Запад заигрывал с СССР, мы были крупными импортерами их продукции. Я становилась настоящим профи. В период «Перестройки» мы вернулись в СССР, и я продолжила работать в ОДМО. Мне так хотелось всем объяснить, что мы работает неверно! Но никто не хотел прислушиваться. «Серийный план» правил балом даже в моде.

И я, по воле случая, создала первой в стране 15-ти минутную программу «Кузнецкий мост представляет», которая выходила на 3-м канале, теперь ТВЦ. При чудовищном дефиците модной одежды, я с экрана стала давать советы, как разнообразить гардероб, как одеть мужа и ребенка, как скрыть полноту. Меня заметило французское посольство в Москве и пригласило в Париж на Салон Прет-а-Порте. Это был сентябрь 1991 года. Только что прогремел Путч, который потерпел фиаско. Я первой из журналистов СССР привезла серию телерепортажей о моде, взяла интервью у Пако Рабанна и Жан-Шарля де Кастельбажака, и даже у супруги Президента Франции Даниэль Миттеран. Не по протоколу, но успешно. Меня изучали с интересом, смотрели, как на диковинку из России. Знаменитый модельер Александр Игмант, одевавший ранее Брежнева, сшил мне в ОДМО безупречный смокинг, и я в нем выглядела на все 100%! К тому же немного говорила по-французски. Им это льстило. На следующий сезон меня пригласили на Салон мужской одежды SEHM и я заодно попала на несколько показов От Кутюр. Мечта сбылась! Я увидела в отеле Интерконтиненталь живого гения моды Ива Сен Лорана и даже взяла у него интервью!

Интервью с Ивом Сеном Лораном / YSL

Меня прозвали «русский ураган», так как я прорвалась первой за кулисы, а потом и в Дом YSL. Дорога была нелегкой, бутиков в России не было, и многие пресс-атташе не хотели видеть русских журналистов на показах. Исключение составляли Пьер Карден, Тьерри Мюглер, Кензо. (Благодаря моему репортажу, компания Боско открыла первый бутик Кензо в Москве). Мои атаки и напор «срывали броню» с самых строптивых пресс-бюро. Но самым удачным стратегическим маневром стало мое желание дарить книги о русском искусстве и костюме! Творцы ценили мои подарки. За мной закрепилось звание «посол русской моды».

DFR: В своей книге вы спрашивали у множества творцов о том, что значит для них Россия и где они нашли вдохновение в необъятной стране. Что же всё-таки так притягательно в русской культуре для иностранцев? 

Наталия Козлова: Для иностранцев – самобытность, неповторимость, открытость души, тоска и удаль. Все это отразилось в кино, прозе, музыке, балете. Особенность и декоративность в народных и боярских костюмах, многообразие форм в разных регионах России, и… роскошный мех. Многие зимние коллекции были вдохновлены именно русской зимой и Сибирью.

«Мир надо удивлять, как Дягилев с «Русскими сезонами», а наши выпускали на подиум вторичную европейскую моду. Кому она там нужна?»

Когда я сдружилась с Жан-Полем Готье, он мне говорил: «Наташа, почему ваши дизайнеры пытаются копировать нас? Это же вторично, изобретенный давно велосипед! У вас такие источники вдохновения, каких нет ни у кого в мире!»

Наталия с Жаном Полем Готье

Когда я подарила переизданную книгу начала ХХ века в гравюрах о костюмах разных народностей Российской империи Кристиану Лакруа, на следующий сезон в 1993 году он «выдал» финал в русском стиле под музыку Битлов (группы The Beatles. – Прим. ред.) «Back in the USSR».

« — Я снова в СССР.

Такой везунчик ты, о, друг мой.

Back in the USSR

Снова в СССР»

Я сидела одна в окружении иностранцев – глянцевая пресса в России появилась на показах только после 1996 года, и подпрыгивала от счастья. А чопорные иностранцы не понимали моего триумфа.

DFR: А в чем притягательность в русской культуре для вас?

Наталия Козлова: Это – сказочное многообразие: И уникальность в декоре костюма – от русской косоворотки до прозодежды конструктивистов.

DFR: Вы с огромной любовью рассказываете обо всех трендах в русской одежде на протяжении истории. Есть ли у вас эпоха-фаворит? 

Наталия Козлова: Одеваться «по-русски» придумала Екатерина II. Она, как иностранка, понимала самобытность русской одежды. Затем мода на все русское появилась во времена наполеоновского нашествия, как проявление патриотизма. Но всерьез «русский стиль» Европой был принят только в начале ХХ века, благодаря «Русским сезонам» Дягилева, Леону Баксту, и, конечно, после наплыва нашей эмиграции в 1920-е годы. Надежда Ламанова со своими соратницами в 1925 году получила в Париже, на Всемирной выставке Art Deco, самый почетный приз – Grand Prix с формулировкой «За национальную самобытность в сочетании с современным модным направлением». Великий творец поняла сущность русского стиля и связала его с современной модой. К сожалению, этот приз был первым и последним в России. Кстати, ансамбль из павлово-посадских платков придумала первой Ламанова вместе с Верой Мухиной. Шанель в те же годы придумала платье-косоворотку.

Н.П. Ламанова, Реконструкции костюмов 1920-ых гг. для выставки «Гений в юбке и ее эпоха», 2021г.

Печально, но очень мало кто из отечественных дизайнеров смог достичь идеального слияния моды и народной одежды.

DFR: Мы потеряли нашу самобытность в конце 90-х, когда всё русское было не в моде. Что изменилось с тех пор, возвращается ли тренд на поиск вдохновения в своих корнях? 

Наталия Козлова: В 1990-е годы у нас в стране было полное отрицание русского стиля. Наши новоявленные дизайнеры сплошь «косили» под Гуччи-Пуччи-Шанель. Никто не решался быть самобытным и искать СВОИ пути создания одежды. Их можно понять, бал правила «попса» и бандиты. Но многие из них сами стремились мимикрировать в этой среде. Исключение составляли Слава Зайцев, Татьяна Парфенова, Алена Ахмадуллина. Я долго смотрела на это с грустью. «ТАМ», к нашим историческим юбилеям, Сен Лоран, Кензо, Лакруа, Гальяно и Готье создавали коллекции в русском стиле, каждый по-своему. «ЗДЕСЬ» русские дизайнеры забыли нашу историю, презрительно именуя страну «совок», немногие из них вспоминали о великих датах нашей родины! Горечь моя была беспредельна!

Jean Paul Gaultier

Была и другая крайность. Некоторые художники создавали «развесистую клюкву», никакого отношения к модной одежде не имеющую. Кстати, наши дизайнеры отказались от слова «модельер», придуманного Ламановой, не понимая, что французы на слово «дизайнер» обижаются, для них это низшая ступень художника моды. Они называют себя «креатёр» – творец.И так, многие годы я думала, КАК увлечь русскую моду «русскостью»? Когда я возвращалась после Недель моды в Европе, в нашу действительность, меня не покидала мысль «дежа вю». Но в своем отечестве пророков нет!

«Наши художники, которые следуют ЗА публикой, а не в ее авангарде, продолжают дублировать мультяшные американские образы – и удовлетворяют исключительно попсу.»

Некоторые дизайнеры, растрачивая неимоверные деньги, пробовали показывать свои коллекции в Париже или Милане, но без успеха. Почему? Да потому что мир надо удивлять, как Дягилев с «Русскими сезонами», а наши выпускали на подиум вторичную европейскую моду. Кому она там нужна? «Такого» там и без нас завались! Анн Демелеместер, бельгийский дизайнер, спрашивала меня: «Наташа, у вас такой огромный рынок в стране. А ваши рвутся на Запад. Зачем? Насыщайте его своими работами, вы же должны знать СВОИХ лучше, чем мы?»

Slava Zaitsev

DFR: Что вообще происходит с модной индустрией сейчас и что будет происходить в ближайшее время на ваш взгляд?

Наталия Козлова: В 2017 году я впервые прочитала лекцию «Закат гламура! Или кроссовки на руинах моды!», где говорила о закате гламура и о том, что сегодня слова «удобство» и «комфорт» важнее гламурного слова «красота». Я встретила жесткое сопротивление в умах как дизайнеров, так и преподавателей. Наши художники, которые следуют ЗА публикой, а не в ее авангарде, продолжают дублировать мультяшные американские образы – и удовлетворяют исключительно попсу. Так никогда не создашь своего. Никто не думает о новых технологиях, новых материалах, которые врываются в нашу жизнь каждый день.

Гламур, где он сейчас? После пандемии спортивно-домашний костюм вышел на улицу и заполонил города. Только недавно мы думали, что джинсы – forever, и вдруг их сменили штанцы с начесом на резинке. Капюшон, куртка, кроссовки, рюкзак – это не мода, это повседневная форма для бабушек и пацанов, школят и звезд. Разница – только в лейблах и цене этой одежды.

Афиша «Кроссовки на руинах моды или закат гламура» / Рекламная кампания Nike

На мой взгляд, мир очень меняется, и если наши творцы не будут выпускать свои антенны в космос и ощущать флюиды новизны, наша мода не сдвинется с позиций вторичности – копий ширпотреба разного уровня.

DFR: Прошло почти 15 лет с момента публикации вашей книги. Расскажите, произошло ли за это время что-то, что вы включили бы в книгу, издавая её сейчас?

Наталия Козлова: «Иных уж нет, а те далече…»! За эти годы многое изменилось, произошли тектонические сдвиги в моде. Африка вторглась в Европу не только как «нашествие эмигрантов», она вторглась в культуру и создала свою антикультуру. Где этот «файв о клок»? Кодекс чести и поведения, аристократический дресс-код? Гендерные различия? Традиции и законы рушатся. Далеко ходить не надо, все это на экране ТВ каждый день.

Как найти себя? Ищите, да обрящете! «Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам; ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят». Иоанн Златоуст. Ст. 7-8. Это не только о молитве! Надо верить и идти к своей цели.

DFR: За творчеством кого из дизайнеров российской модной индустрии вы следите сейчас? Есть ли новые имена, на кого стоит обратить внимание? 

Наталия Козлова: Пожалуй, я выпала из обоймы «смотрящих»! Мне нравятся некоторые творцы, но сегодня все очень раздробилось и расплылось. Я, например, не приемлю ностальгию по стилю Диор (исключение в платьях для торжественных балов), или когда слепо копируют предыдущие эпохи. Надо знать законы развития общества по спирали, а не по горизонтали. К тому же, «дочек и сыночков» в моде оказалось очень много. Произошел перебор. Все они «пооткрывали ательюшки», высыпали на подиум, но все это далеко от настоящей моды. Но вот недавно на открытии нашей выставки «Гений в юбке и ее эпоха» выступала школьница из Козельска Маша Павлова, она создала суперски современную коллекцию «Молодо-зелено!».

Фото с показа последней коллекции Марии Павловой на фестивале «Жив.Здрав»

Это были яркие образы – костюмы в спортивном стиле с вышивками текстов на кириллице и ярких образов. Замечательно!

Мне нравится Jankoy, дизайнер Мария Казакова из Сибири – художница и философ, работающая в США.

Jankoy

DFR: Что можно изучить, чтобы больше узнать про влияние русской культуры на мир?

Наталия Козлова: Звезды моды, настоящие творцы – очень образованные люди. Их интересует все – от космоса до музыки, от химии до новейших открытий. Жан-Поль Готье, например, говорит на четырех языках. Все они читали русскую литературу, смотрели фильмы лучших режиссеров, знают наше искусство и костюм. Важно быть любопытными и набирать знания отовсюду!

John Galliano

DFR: Планируется ли переиздание вашей книги, открытые лекции или новые выставки, которые вы будете курировать?

Наталия Козлова: Это очень тяжелый, порой неблагодарный труд. Каталоги, написанные мной, сейчас заменили тематические книги. Их уже четыре, по темам выставок: «Мода – народу!», «Авангард – театр – мода», «Даешь конструктивизм!», «Гений в юбке и ее эпоха» (о Н.П.Ламановой).

Вновь издать такой фолиант, как «Магия русского стиля» (800 илл., 512 стр.) теперь невозможно! Авторские права по иллюстрациям – у великих творцов Запада. Теперь мы для их стран – изгои.

Наталия с Тьери Мюглером / Джорджио Армани / Джоном Гальяно

DFR: В книге «Магия русского стиля» вы задавали ряд вопросов о России известным дизайнерам – Джорджио Армани, Джону Гальяно, Жану-Полю Готье, Марко Джакобсу и другим. Хотелось бы теперь задать эти же вопросы и вам.

Итак, что для вас является русским стилем?

Наталия Козлова: Это – природная мощь и красота! Это – драгоценная шкатулка, откроешь и улетишь в сказочный мир легенд, это – классическая музыка золотого века и пушкинская поэзия! «Тридевятое царство», возрожденное в конце XIX века и утерянное в конце ХХ-го. 

DFR: Какие у вас были первые ощущения из детства?  

Наталия Козлова: Помню себя в 6 лет. Едем из ГДР на поезде домой. И вот папа показывает мне – этот чернозем на полях немцы вывезли из СССР. Утром смотрю на странные печи в полях. Папа говорит: «Здесь были деревни, всё сожгли, всех убили, некому возрождать села!» А когда мы подъезжали к Москве, из радиоприемника лилась песня:

«Утро красит нежным светом

Стены древнего Кремля, 

Просыпается с рассветом

Вся Советская земля!

Холодок бежит за ворот,

Шум на улицах сильней.

С добрым утром, милый город,

Сердце Родины моей! Кипучая,

Могучая,

Никем непобедимая, – 

Страна моя,

Москва моя –

Ты самая любимая!» 

(текст песни «Москва майская, Василий Лебедев-Кумач» – Прим. ред.)

Я почему это публикую? Я прожила многие десятилетия, но до сих пор помню наизусть!

А еще диктор говорил: «Товарищи пассажиры, мы приближаемся к столице нашей Родине – Москве!» И я, ребенок, не могла сдержать слез. Патриотизм во мне сидит глубоко в душе.

Наталия с Вячеславом Зайцевым

DFR: Какое было ваше первое осознание слова «Россия»?

Наталия Козлова: В мои годы слово Россия звучало только в контексте истории, все говорили СОЮЗ. И мы действительно были интернациональны, только если в шутку: «ну он же упрям, как … или горяч, как джигит». Мы любили Таллин и Тбилисо, Ереван и Алма-Аты! Там жили наши друзья, там мы за столами распивали вино, коньяк или рижский бальзам. А теперь мы стали вражескими странами! Никогда не прощу «той своре» развал Союза. Не потому что у меня имперские замашки, мы потеряли себя. Мы без боя сдались за кока-колу & бургеры. Мы думали, что станет такими же, как они, и очень пытались им подражать. Мы вырубали свои традиции и ценности. И что? Иванов, не помнящих своего родства, как сухостой, легко выдернуть из земли… Я дорожу словом Россия, и не хочу ее потерять. Именно поэтому я покинула ТВ и написала книгу «Магия русского стиля».

«Вновь издать такой фолиант, как «Магия русского стиля» теперь невозможно!»

DFR: Какое ваше самое сильное впечатление о России?

Наталия Козлова: Путешествие на Валаам. Вода, березы, церквушки, просторы, Кижи.

DFR: Какие для вас три главных слова, характеризующих нашу страну?

Наталия Козлова: Простор, справедливость, любовь.

DFR: Какой самый забавный случай, который произошел за время вашей работы?

Наталия Козлова: Я потеряла портативный ТВ микрофон в Париже. И вот я бегу по саду Тюильри в Карузель дю Лувр, где только что прошли дефиле, и не верю, что найду. И вдруг слышу голос: «Доколе ты будешь бегать с этой палкой?». Ангел мне вернул микрофон. Я решила уйти с Первого канала, чтобы написать книгу «Магия русского стиля». Писала ее ровно 9 месяцев. Весила она 3,5 кг. Горжусь, что никто из тех, кто купил ее в те годы, не продал ее на Ozon или других платформах.

DFR: Какие у вас источники вдохновения и энергии?

Наталия Козлова: Я только на 1/3 русская, во мне намешано множество кровей. Жила долго за границей, поэтому знаю, что такое ностальгия! Это душевно-физическая болезнь, которую очень остро ощущаешь. Тоска такая сильная, что все вокруг уже не мило, ни красота, ни благосостояние.

Для меня моя страна – мое богатство, моя энергетическая сила.

DFR: Какие у вас есть пожелания своей стране?

Наталия Козлова: МИРА!

Даша Ко

ПО ВОПРОСАМ СТАЖИРОВКИ: [email protected]

Онлайн о моде России

© 2016-2022

Эл № ФC77-71034 от 13.09.2017

По всем вопросам сотрудничества:
[email protected]
+7(926)836-09-76